Как бороться с раком без химиотерапии? Нобелевка дает надежду

18:44 07/10/2018
ФОТО : «Мир 24» / Марина Грекова

В борьбе с онкологией сделан беспрецедентный прорыв. Ученые из США и Японии Джеймс Эллисон и Тасуку Хондзё за «открытие терапии рака путем подавления негативного иммунного регулирования» были удостоены Нобелевской премии по медицине. Эта революционная разработка может спасти тысячи жизней. Онкология сегодня – вторая после сердечно-сосудистых заболеваний причина смертности россиян. Примерно такая же картина в других странах Содружества. Недуг, если верить российской статистике, уносит 300 тысяч жизней в год – население целого города, такого как Орел, Вологда, Тамбов, Владикавказ или Грозный. О «чуме нашего времени» – корреспондент «МИР 24» Максим Красоткин. 

Хирург-онколог Андрей Павленко сам оказался по ту сторону капельницы. Сначала спасал жизни пациентов, а потом свою. Восемь курсов химиотерапии – опыт, которым делиться с коллегами хочется разве что на словах.

«Ты понимаешь, что чувствует больной, которому ты назначаешь это лечение. До сих пор я не восстановился на сто процентов, у меня отсутствует чувствительность концевых фаланг на руках, на ногах, зябкость», – сказал хирург-онколог, руководитель Онкологического центра комбинированных методов лечения Андрей Павленко.

При третьей стадии рака желудка ничего другого Андрей и не ждал. Химиотерапия – довольно болезненный метод лечения. Это своеобразный ядерный удар по организму, когда вместе с опухолью замедляется развитие и здоровых клеток.

70-летний профессор из США Джеймс Эллисон и его японский коллега 76-летний Тасуку Хондзе совершили прорыв в лечении онкологии, за что получили Нобелевскую премию по медицине.

«Иногда люди говорят мне, что они оправились от тяжелой болезни и стали здоровыми благодаря моему методу лечения, и что они мне обязаны. Это заставляет меня поверить в то, что мои исследования были действительно значимыми. И это – делает меня счастливым», – признался лауреат Нобелевской премии Тасуку Хондзе.

Открытие помогает организму самому бороться с болезнью. Даже, когда случай кажется совсем безнадежным. Первой экспериментальной пациенткой оказалась неизвестная девушка, которой оставалось жить от силы полгода. С тех пор прошло 16 лет – пациентка жива.

Своим долголетием изобретению обязан и 39-й президент США Джимми Картер. Этим способом его излечили от меланомы. Вообще, первые исследования возможностей иммунитета начались еще 100 лет назад.

«Теорию инфекционного иммунитета создал наш соотечественник Илья Ильич Мечников. За что в 1908 году получил Нобелевскую премию», – уточнила руководитель лаборатории прогноза эффективности консервативного лечения МНИОИ им. П.А. Герцена Наталья Сергеева.

Открытие современников – это шанс избавить онкобольных от процедуры химиотерапии. Зачастую неизбежного способа победить рак.

«Последствия химиотерапии очень похожи на сильнейшее отравление алкоголем, на похмелье. Когда не можешь есть, тебя тошнит, не можешь спать, но хочешь. Это постоянная усталость, ничего не хочется. Многие из нас испытывали такое ощущение, но это не день-два, а семь дней подряд», – рассказала Гера Рощина.

Гера Рощина прошла последний курс химиотерапии несколько месяцев назад. У нее обнаружили лимфому. Боли в груди стали предвестником смертельной болезни.

«Мне сказали, что вас хорошие шансы. В вашем случае больше 90% выживаемости, но при этом мы не можем гарантировать, что вы не попадете в другие 10%. У меня закружилась голова, и я потеряла сознание. Я лежала на кафеле и о чем-то думала», - вспоминает Гера Рощина.

Впрочем, уже после первого этапа лечения опухоль стала меньше, отступил и страх. В поддержку таких же, как она, Гера даже сделала фотосессию – в парике и без парика. А коллеги Андрея Павленко пошли еще дальше.

«Все сидят на местах, все нормально, штатно. Но все почему-то в шапочках хирургических. Мы обычно в ординаторской без шапочек. Они все поднялись и сказали: «Андрей Николаевич, мы с вами!» Комок подкатил к горлу», – рассказал Андрей Павленко.

Просто химиотерапия настолько сильна, что на время лечения у человека выпадают волосы, но обостряются чувства.

«Ты начинаешь, как это ни странно, жить по-настоящему: кайфовать с мелочей, например, от чашечки кофе, что ты пьешь эту вкусную пенку», – говорит Гера Рощина.

Методы, за которые присудили Нобелевскую премию, исключают побочные эффекты химиотерапии. Они основаны на том, что иммунитет человека сам должен справиться с клетками опухоли, как это постоянно происходит в нашем организме.

«Злокачественная опухоль возникает из бывших нормальных клеток, поэтому она в процессе своего развития научилась обманывать иммунную систему, маскируется для того, чтобы иммунная система ее не распознала и не уничтожила», – отметил заведующий онкохирургическим отделением Московского Клинического Научного Центра им. А.С Логинова Константин Титов.

Дело в том, что клетки-мутанты окружают себя своеобразной маскировочной сетью из молекул и белков. И таким образом обманывают систему свой-чужой, иммунитет принимает рак за здоровые клетки. Джеймс Эллисон и Тосуку Хондзе разгадали этот принцип, и на основе открытия выпустили лекарство.

«Препарат присоединяется к этим белкам, и таким образом снимается маскировка опухолевых клеток для иммунной системы», – пояснила Наталья Сергеева.

Такие препараты уже несколько лет применяются в медицине. В России ими лечат с 2015-го года и врачи говорят: рассматривать их как панацею все-таки нельзя. Клетки рака со временем меняют тактику.

«Опухолевая клетка эволюционирует, она старается сохранить свою жизнеспособность. Так и случается – большинство препаратов бывают эффективны некоторое определенное время, потом в опухолевой клетке формируются механизмы резистентности, то есть устойчивости, и именно поэтому приходится прибегать к другим препаратам с другими механизмами действия», – пояснила заведующая отделением химиотерапии МНИОИ им. П.А. Герцена Лариса Болотина.

В зависимости от того, как ведут себя клетки опухоли, новый метод лечения может применяться вместе с той же химиотерапией. Ведь эффект от нее хоть и болезненный, но моментальный.

«Химиотерапия обладает так называемым цитоксическим эффектом, то есть губит опухолевые клетки достаточно быстро. Эффект от использования цитостатиков мы можем наблюдать в очень короткие сроки, и считается, что для ответа на иммуноонкогические препараты требуется несколько более длительное время», – сказала Лариса Болотина.

Чтобы увидеть результат лечения по методу нобелевских лауреатов, нужно месяца три, а время для больных с запущенной онкологией может стоить жизни. Но еще один метод лечения рака, несомненно, увеличивает шансы пациентов. А те, у кого все позади, начинают смотреть на жизнь по-другому. Так, Гера Рощина теперь помогает больным и своим примерам показывает, что рак – не приговор.

Максим Красоткин
comments powered by HyperComments